Путешествия, наблюдения, впечатления

 
Москва Подмосковье Петербург Русский Север Самара Анапа Владивосток
Беларусь Болгария Швейцария

«Привидение на просеке» Татьяны Латуковой

Открывая роман Татьяны Латуковой «Привидение на просеке», ожидаешь увидеть новую смену декораций. Читатели уже познакомились с ведьмой, плясуньей и космическими странниками, так что предложит на этот раз наша пишущая современница? Оказывается, что действие нового романа оказывается предысторией Риты из романа «Ведьма в лесу». Рассмотрим внимательней, есть ли в босоногой девчонке потенциал личности, которую окружающие считают связанной с потусторонними силами.

Сначала необходимо отметить положительный момент в творчестве писательницы, и он связан с литературной выразительностью. В романе язык «округлый», «уютный» с деревенским привкусом. Это отличает «Привидение…» от более раннего романа «Талисман» и ожидающего своего часа публикации «Браслета». Пробегая глазами строчки переплетающихся историй в романе, представляешь все эти рощицы, перелески и, конечно, просеку. Эти пейзажные зарисовки представляют светлую сторону, тогда как колодцы, болото и водоемы скрывают мрачные тайны прошлого и в прямом смысле скелеты если не в шкафу, то под корнями, в иле и в безвестных могильниках и курганах.


Детектив «Привидение на просеке». Обложка книги


Книга «Привидение на просеке» на сайте Татьяны Латуковой:
Привидение на просеке


Купить электронную книгу на сайте Litres:
Привидение на просеке (электронная книга)


Купить бумажную книгу в магазине 7ZR:
Привидение на просеке (бумажная книга)



Из традиционных языковых конструкций автора следует отметить несколько раз всплывающую мысль «дети должны рождаться». При этом ничуть не сбрасываются со счетов все трудности, сопровождающие этот процесс: гестоз беременных, родовая горячка и послеродовая депрессия. Кроме того, после того как ребенок родился, его еще десятилетия нужно кормить, одевать и воспитывать. Вот в этом, пожалуй, и состоит главный гуманистический посыл автора. Женщины подбирают на дороге младенцев во время войны. Сколько раз эта житейская канва повторилась в нашей стране? И сколько судеб, романов и встреч сломала такая бурная история отечества первой половины XX века? Недаром силой природы и оберегом Лукогорья выступает архетипическая богиня Березушка – олицетворению плодородия, забытая и упоминающаяся только в сказках, к ней обращаются веками женщины со своими бедами и печалями, явно или неявно поклоняясь на тайных тропах лесной страны.

В романе параллельно идут две ветви повествования: одна про современное Лукогорье – провинциальную деревню, где с одной стороны прозябает обыденность и серость, а с другой выходят таланты и самородки земли Русской. Другая ветвь – история двух женщин, которых перемололи как собственные натуры, дороги любви, так и колесница беспощадных разрушений времени. Немая сирота Анастасия с ярким характером, умная, талантливая письменным словом и аналитическим складом ума против красавицы Александры – взбалмошной капризной принцессы, недолюбленной матерью, пытающейся компенсировать тоску о безусловном принятии романтическими историями.

Мужчины – кто они в этом романе – фон, на котором раскрываются женские судьбы, или злые эгоцентрики, в своих попытках самоутверждения, не замечающие происходящего рядом. Татьяна Латукова ставит непростой вопрос: кто же на самом деле управляет течением жизни: мужчины, развязывающие войны, или женщины, рожающие и воспитывающие детей, выбивающие им квартиры и своими заговорами уводящие беду?

Петька – бестолковый пацан, на глазах которого фактически раскрывается суть расследуемого в книге преступления, но тайна скрыта от него собственной озабоченностью на почве подросткового бунта гормонов. И Петьку этого жалко. Он же никчемный, зачем автор обращает на него внимание. Это как современный лишний человек. Раньше был Печорин-Базаров-Башмачкин, а теперь вот такие Петьки – вроде как есть человек (ест, спит, работает), а никому он в жизни не нужен, никакой пользы от него нет, даже родня к нему равнодушна. Хотя потенциал-то был «небольшая диссертация о цветении борщевика». Здесь хочется поспорить с автором, она закладывает некоторую предопределенность - не посмотрел танца ведьмы, ты никто, сам ничего ты сделать не можешь, если тебя не озарили «светом небесной красоты». Но на самом деле воля и разум определяют жизненную судьбу, хотя и потенциал здесь очень важен.

Во всей этой книге об Александре-Анастасии бесполезной выглядит непосредственная современная жизнь села, несмотря на убийства и раскрытие преступления, а в самой этой жизни чужеродным элементом смотрится Рита. Зачем она в Лукогорье? И без неё все эти переплетающиеся истории не потеряли бы своего очарования. Она выступает катализатором происходящих событий, той самой соломинкой, которая прорывает дамбу тайн, недомолвок и забытых историй, скрытых вуалью времени.

Современная история преступлений (убийства молодых женщин) выглядит слишком примитивной на фоне десятилетиями разворачивающейся драмы женских сердец. Люди измельчали, стали плоские и заботы у них какие-то утилитарные.

Даже старухи похожи на прибитый гвоздем к месту листок: вам сказали сидеть возле магазина и трындеть, создавая не новости, а видимость новостей. В выступлениях творческого объединения «Уральские пельмени» есть такая сценка, где старухи сидят на лавочке и обсуждают, что они уже вышли из дома, а чего раньше не вышли, а надо было выйти, а может уйти или не уйти и т.д. Старухи эти воспроизводятся в каждом следующем поколении самопроизвольно, также как дети рождаются, так и старухи всё сидят на лавочке возле деревенского магазина. И в каждом поселке есть своё сельпо, своя лавочка, насиженная годами, и тридцать лет и три года сидят на ней бабульки, а вокруг скачут дети, приезжают и уезжают грузовики с хлебом, и катится такая неспешная деревенская жизнь к погосту.

Своеобразной вставкой выступают скакания вокруг магов и магических сущностей, всё это выглядит несколько «слишком» для деревенского романа. Внезапно появляется Энский, как персонаж из другой вселенной. Не хватало еще Ворона с Шутом пригласить, они бы произвели новостей для «лавочки» на пару лет вперед.

Временами из-за обилия переплетенных нитей, читатель по мере развития действия ощущает себя не в своей тарелке. То есть он не понимает, что происходит и из-за этого возникает недоумение от самой книги: «навертели-намудрили». Слишком запутанная вся эта история с генеалогическими древами, родней кровной и приемной, вроде как нужно сидеть и выписывать родственные связи и кто-кому-кем приходится. Интересное здесь возникает пересечение с другим романом Татьяны Латуковой «Оберег», где Ворон по старому замку бродит в поисках артефактов, а вокруг разветвленное графское семейство делит наследство умершего дедулечки и копается в прочем барахле представившихся родственников.

Поговорим немного о женских персонажах

Рита – одинокая девчонка, от безвыходности жизни работающая сиделкой при стариках, всегда знает, что сказать и сделать. И со всеми-то она находит общий язык, и всем нравится, и всем помогает, хотя история у нее «темная и нерадостная». Вызывает она сочувствие? В некоторых ситуациях – да, а в других не может не раздражать своей угодливостью и попаданием в точку. Возникает такой эффект у социальных и действительных сирот: они пытаются угодить всем окружающим, т.к. не понимают, как а самом деле выстраивать отношения с миром вокруг.

Анастасия – самый противоречивый персонаж для читателя. С одной стороны раздражает ее всеумелость и всепронырливость. И Европу она объездила, и десять детей воспитала, и переводчик с пяти языков, и помогает всем. Конечно, удобно помогать, когда у тебя фея есть с наследством золотых монеток. С другой стороны хорошо, что потратила она это наследство на детей, а не на платья, алкоголь и азартные игры. И вызывает некоторое сомнение, как в послевоенные годы можно было спокойно ездить неоднократно заграницу? Собственно здесь и другой тезис: если она в поездках проводила от двух до шести месяцев, то детей-то получается, Глаша воспитывала, а не она. Причем на чужие наследственные деньги. Как-то сразу градус «страдала-страданула» снижается.

Александра демонстрирует читателю беспорядочное отношение к жизни, и тут вереница мужчин никак не увеличивают позитивное к ней отношение. С другой стороны, не так всё однозначно. Становится её жалко, также как и простушку Женьку в современности. Ну воспитали ее так – в принцессовости, она не может вести себя иначе. Это как Хеопсу сказать, что он не воплощение Солнца и стройка пирамид бесполезная трата ресурсов. Или этому чокнутому китайцу с 8-ю тысячами глиняных воинов в могиле (38 лет на постройку и 700 тысяч человек трудовых ресурсов). Если человеку с внутриутробного периода внушают, что он король мира и может делать что хочет, так он и будет так себя вести.

Закончить хочется замечанием, что все книги автора можно хорошо экранизировать. Деревень подобных Лукогорью в качестве декораций у нас достаточно, изящный и красивый сюжет, который легко ложится на переработку в сценарий. Персонажи колоритные и характерные. Фильм может получиться красивый, интересный и яркий. Главное, чтобы сценаристы не стали раскрывать все тайны Лукогорья, чтобы оставить под вуалью скрытое от посторонних глаз привидение.

Снежана Северова, 2019




    • Главная   • Профайл   • «Привидение на просеке» Татьяны Латуковой  

«Привидение на просеке». Новый детектив Татьяны Латуковой
Москва Подмосковье Петербург Русский Север Самара Анапа Владивосток
Беларусь Болгария Швейцария

© 1395.ru Путешествия, наблюдения, впечатления, размышления. 2009-2017
Занимательная география, наглядная история, страны и города вне стандартной информации из путеводителей.
Укромные уголки больших городов и нежные пейзажи сельской провинции. Фототуры и экспедиции в поисках необычных кадров.

Контакты 
Профайл 
Карта сайта



Яндекс.Метрика